- А ну, воротись! - заорал на него Сэм. - Назад, кому говорю!
     Но Горлума и след простыл. Разбуженный криками, Фродо сидел и  протирал
глаза.
     - Здрасьте! - сказал он. - Что случилось? Сколько времени?
     - Еще не знаю, - сказал Сэм. - Солнце, кажись, закатилось. А он  удрал.
Говорит - голодный.
     - Ладно тебе! - сказал Фродо. - Тут уж ничего не  поделаешь.  Вернется,
не бойся. И обещание заржаветь не успело, да и от своей Прелести  он  никуда
не денется.
     Фродо во всем разобрался, когда узнал, что они полсуток мирно  проспали
рядом с Горлумом, очень голодным и совершенно не связанным.
     - Не поминай Жихаря попусту, - сказал он. - Ты был  еле  живой,  и  все
обернулось не худо: оба мы отдохнули. А впереди трудная дорога, труднее  еще
не было.
     - С едой плоховато, - сказал Сэм. - Сколько нам примерно за все про все
времени понадобится? После-то, когда управимся, что будем делать?  Я  ничего
не говорю, эти дорожные хлебцы тебя прямо-таки на ногах  держат,  спасибо  и
низкий поклон эльфам-пекарям, хотя в желудке все же ветер  свищет,  извините
за грубость. Но и с ними беда - чем больше  их  ешь,  тем  меньше  остается.
Недельки так на три их, может, и хватит, ежели затянуть пояса и держать зубы
на полке. А то мы на них здорово подналегли.
     - Я не знаю, сколько нам времени нужно за все про все, - сказал  Фродо.
- Долгонько мы в горах проторчали. Но вот что я скажу тебе, Сэммиум Скромби,
дорогой мой хоббит Сэм, друг из друзей, по-моему, незачем нам и думать,  что
будет после,  когда  мы,  как  ты  говоришь,  управимся.  На  это  нечего  и
надеяться,  но  если  это  нам  вдруг  удастся,  то  уж  какое  там   после!
Представляешь: Кольцо Всевластья упадет в  огонь,  а  мы  тут  рядышком!  Ну
посуди сам, до  хлеба  ли  нам  будет.  Нет,  хлеб  нам  больше  никогда  не
понадобится.  Дотащимся  как-нибудь  до  Роковой  Горы,  и  дело  с  концом.
Дотащиться бы - мне и это вряд ли по силам.
     Сэм молча кивнул,  взял  хозяина  за  руку  и  склонился  над  ней:  не
поцеловал, только капнул слезами,  отвернулся  и  утер  нос  рукавом.  Потом
встал,  прошелся  туда-сюда,  якобы  посвистывая,  и  выговорил   сдавленным
голосом:
     - Да куда же этот лиходей подевался?
     Горлум ждать  себя  не  заставил:  неслышно  подобрался  и,  откуда  ни
возьмись, вырос перед ними. Руки его и лицо были перепачканы черным илом. Он
что-то дожевывал и ронял слюну. Что он там  жевал,  они  любопытствовать  не
стали.
     "Жуков-червяков, а может, каких пиявок, -  подумал  Сэм.  -  Бррр!  Ну,
оглоед, ну, бродяга!"
     Горлум тоже помалкивал, покуда не напился и не умылся из  ручья.  Потом
подошел к ним, облизываясь.
     - Заморил червячка, - сказал он. - Отдохнули? Пойдем дальше? Добренькие
хоббитцы крепенько поспали. Теперь верите Смеагорлу? Вот  и  хорошо,  вот  и
очень хорошо.

     Дальше было, как раньше. Расселина  становилась  все  более  плоской  и
пологой, каменистое дно стало глинистым, а скаты  превратились  в  береговые
пригорочки; ручей петлял без конца. Ночь была на исходе, но  облачная  хмарь
скрывала звезды и луну, лишь  разлитый  кругом  сероватый  отсвет  возвестил
утро.
 ..далее 

Последние изменения на странице произошли 29-07-2004