Д.Р.Р. ТОЛКИЕН

Начало сайта

Для учёбы

Личности

Почти серьёзно

Ссылки
Об авторе Что нового (Бес)толковый словарь Разное

Здесь размещены электронные варианты книг (в основном худ.лит.)

Д.Р.Р. ТОЛКИЕН

Властелин колец. Две крепости


     Гэндальф шевельнулся и поднял взгляд.
     - А ты что-нибудь забыл мне сказать, когда мы прошлый раз  виделись?  -
спросил он. - Или, может быть, ты хочешь взять свои слова обратно?
     Саруман помедлил, как бы раздумывая и припоминая.
     - Обратно? - удивился он. - Что взять обратно? В  тревоге  за  тебя,  в
заботе о твоем же благе я пытался  помочь  тебе  разумными  советами,  а  ты
пропустил их мимо ушей. Я знаю, ты немного заносчив и непрошеных советов  не
любишь - и то сказать, своим умом крепок. Должно быть, ты ошибся  и  неверно
меня понял, да попросту не дослушал. А я был кругом прав, но, видимо, слегка
погорячился и очень об этом сожалею. Я пекся лишь о твоем благе, да и сейчас
зла на тебя не держу, хоть ты и явился с  гурьбою  невежд  и  забияк.  Разве
можем мы с тобой поссориться, разве дано нам такое право - нам, соучастникам
верховного древнего ордена, главнейшего в Средиземье!  Мы  оба  равно  нужны
друг другу - нужны для великих и целительных свершений.  Отринем  же  пустые
раздоры, поймем один другого  и  не  будем  впутывать  посторонних  в  дела,
которые им не по разуму. Да будут законом для  них  наши  обоюдные  решения!
Словом, я готов немедля забыть о прежних неурядицах, готов принять тебя, как
и должно. А ты... ужели не смиришь ты свою гордыню,  не  поступишься  обидой
ради общего блага? Поднимайся, я жду!
     Такая сила обольщения была в этой последней попытке,  что  завороженные
слушатели  оцепенели  в  безмолвии.  Волшебный  голос  все  переменил.   Они
услышали, как милостивый монарх журит за  просчеты  своего  горячо  любимого
наместника. Они тут были  лишними:  как  нашалившие  и  невоспитанные  дети,
подслушивали они речи  старших,  для  них  загадочные,  однако  решающие  их
судьбу. Да, не чета им эти двое - мудрецы, властители, маги. Конечно же, они
поладят между собой. Сейчас Гэндальф войдет в башню и там, в высоких  покоях
Ортханка, два  седовласых  чародея  поведут  беседу  о  делах,  непостижимых
простому уму. А они останутся у запертых дверей ждать наказания и дальнейших
повелений. Теоден и тот невольно, как бы нехотя подумал: "Да, он  предаст  и
покинет нас - мы пропали".
     Но Гэндальф засмеялся, и наваждение рассеялось как дым.
     - Ах, Саруман, Саруман! - смеясь, выговорил  он.  -  Нет,  Саруман,  ты
упустил свой жребий. Быть бы тебе придворным шутом,  передразнивать  царских
советников - и глядишь, имел бы ты под старость лет  верный  кусок  хлеба  и
колпак с бубенцами. Ну и ну! - показал он головой,  отсмеявшись.  -  Поймем,
говоришь, один другого? Боюсь, меня ты не поймешь,  а  я  тебя  и  так  вижу
насквозь. И дела твои, и доводы памятны мне  как  нельзя  лучше.  Тюремщиком
Мордора ты был прошлый раз, и не твоя вина, что я избег Барад-Дура. Нет  уж,
коли гость сбежал через крышу, обратно в дом его через  дверь  не  заманишь.
Так что не жди, не поднимусь. Слушай-ка, Саруман, в оба уха, я повторять  не
буду. Может, надумаешь спуститься? Как видишь,  твой  несокрушимый  Изенгард
лежит в руинах. Не зря ли ты уповаешь и на другие твердыни? Не напрасно ли к
ним прикован твой взор? Оглянись и рассуди, Саруман! Словом, не надумаешь ли
спуститься?
     Тень пробежала по лицу Сарумана; он мертвенно побледнел.  Сквозь  маску
его угадывалось мучительное сомнение: постыдно было  оставаться  взаперти  и
страшно покинуть убежище. Он явственно колебался, и все затаили дыхание.  Но
холодно скрежетнул его новый голос: гордыня и злоба взяли свое.
     - Не надумаю ли спуститься? - с издевкой промолвил  он.  -  И  отдаться
безоружным на милость разбойников и грабителей, чтобы лучше их слышать?  Мне
и отсюда вас хорошо слышно. Не одурачишь ты меня, Гэндальф. Ты думаешь, я не
знаю, где укрыты от глаз подвластные тебе злобные лешие?
     - Предателю всюду чудится ловушка, - устало отвечал Гэндальф. -  Но  ты
зря боишься за свою шкуру. Если бы ты и вправду меня понял, то  понимал  бы,
что останешься цел и невредим.  Напротив,  я-то  и  могу  тебя  защитить.  И
оставляю за тобой  решающий  выбор.  Покинь  Ортханк  своею  волей  -  и  ты
свободен.
     - Чудеса, да и только! - осклабился Саруман. - Вот он, Гэндальф Серый -
и снисходителен, и милостив. Еще бы, ведь без меня в Ортханке тебе, конечно,
будет куда уютней и просторней. Вот только зачем  бы  мне  его  покидать?  А
"свободен" - это у тебя что значит? Связан по рукам и ногам?
     - Тебе, наверно, из окон видно, зачем  покидать  Ортханк,  -  отозвался
Гэндальф. - Вдобавок сам подумай: твои орды перебиты и рассеяны, соседям  ты
стал врагом, своего теперешнего хозяина обманул  или  пытался  обмануть,  и,
когда его взор сюда обратится, это будет испепеляющий взор. А "свободен" - у
меня значит ничем не связан: ни узами, ни клятвой, ни зароком. Ступай,  куда
знаешь, даже... даже, если угодно, в Мордор. С одним условием: ты отдашь мне
ключ от Ортханка и свой жезл. После ты их получишь обратно, если  заслужишь;
они берутся в залог.
     Лицо Сарумана посерело, перекосилось, и рдяным огнем  полыхнули  глаза.
Он дико, напоказ расхохотался.
     - После! - вскрикнул он, срываясь на вопль. - Еще бы,  конечно,  после!
После того, как ты добудешь ключи от Барад-Дура, так, что ли? Добудешь  семь
царских корон, завладеешь всеми пятью жезлами и достанешь головой до  небес?
Как бы не так! Немного ж тебе  надо,  и  уж  без  моей  скромной  помощи  ты
обойдешься. Я лучше займусь другими делами. А пока что,  несчастный  глупец,
проваливай-ка подобру-поздорову и, если я тебе вдруг  понадоблюсь,  приходи,
отрезвевши! Только  без  этой  свиты  -  без  шайки  головорезов  и  жалкого
охвостья! Прощай! - Он повернулся и исчез с балкона.
     -  Вернись,  Саруман!  -  повелительно  молвил  Гэндальф.  И,  к общему
изумлению,  Саруман появился снова точно вытащенный; он медленно склонился к
чугунным  перилам, с трудом переводя дыхание. В морщинистом дряхлом лице его
не  было  ни кровинки, а рука, сжимавшая внушительный черный жезл, казалось,
истлела до костей.
     - Я тебе не дал разрешенья уйти, - строго сказал Гэндальф. - Я с  тобой
разговор не закончил. Ты ослаб рассудком, Саруман,  и  мне  тебя  жаль.  Как
много принес бы ты пользы, если бы перестал злобствовать и безумствовать. Но
ты избрал свою участь - грызть капкан, в который сам  себя  загнал.  Что  ж,
оставайся в капкане! Но помни, наружу теперь тебе  нет  пути.  Разве  что  с
востока протянутся за тобой ухватистые черные лапы.  Саруман!  -  воскликнул
он, и голос его властно загремел. - Гляди, я уж не тот Гэндальф Серый,  кого
ты предал врагам. Я - Гэндальф Белый, отпущенный на  поруки  смертью!  А  ты
отныне бесцветен, и я изгоняю тебя из ордена и  из  Светлого  Совета!  -  Он
воздел руку и молвил сурово и ясно: - Саруман, ты лишен жезла!
 ..далее 




Все страницы произведения: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 128 129 130 131 132 133 134 135 136 137 138 139 140 141 142 143 144 145 146 147 148 149 150 151 152 153 154 155 156 157 158 159 160 161 162 163 164 165 166 167 168 169 170 171 172 173 174 175 176 177 178 179 180 181 182 183 184 185 186 187 188 189 190 191 192 193 194 195 196 197 198 199 200 201 202 203 204 205 206 207 208 209

Последние изменения на странице произошли 29-07-2004

Hosted by uCoz